Le Chat du Cheshire
Ненастоящее, которое хочет стать настоящим, часто становится более настоящим, чем само настоящее.
Несмотря на жару, села за компьютер и перевела текстик... как могла и умела:rules:

Его распирало от радости - наконец-то получил ранг Ангела-Хранителя и своё первое служебное задание. Увы, перегрузка небесных телепортов заставила его добираться до Объекта пешком.
Когда ретиво маршировал по полевой дорожке, вертя в пальцах веточку сирени и с наслаждением вдыхая головокружительный аромат маленьких лиловых цветочков, ничто не предвещало несчастья. Небо приняло оттенок называемый художниками парижской лазурью, в кустиках цокали птички (... никогда не был силен в орнитологии, за что ему было немножко стыдно: ведь птичка - создание Божье...), a солнышко сильно-сильно обогревало землю.
Вот именно, сильно обогревало... Правду говоря, зной стоял бесчеловечный и пить хотелось немилосердно... Поблизости не замечал ни ручейка, ни родника , а прибегать к чуду по столь пустому поводу - как-то стыдно... (впрочем, за все годы обучения в Межгалактическом Господнем Университете чудотворство являлось ахиллесовой пяткой Лязаэля.)
Он почти не удивился, когда из-за поворота появилось двухколесное транспортное средство. Ввиду упомянутых уже трудностей, некоторые Ангелы Вестники привыкли пользоваться велосипедом. Вид велосипедиста (особенно белоснежный наряд) убедил утомлённого путника, что имеет дело с коллегой. Доказательством тому служили также стройная фигура с плавными линиями и очаровательное личико, украшенное парой огромных выразительных глаз. Лязаэль обрадовался, когда незнакомец резко затормозил около него, так как уже издалека высмотрел на раме велосипеда флягу с какой-то жидкостью.
- Эй, парень, водички хочешь? - невинные голубые глазки поглядывали на Лязаэля с симпатией (наверное, ему только почудилось, что в этом взгляде была какая-то лёгкая примесь... кое-что, наводящее на мысль кошку, которая облизывается при виде мыши... нет, должно быть, только почудилось... всё из-за этой еб... упс... из-за этой страшной жары...) Звонкий, высокий голосок прекрасного существа свидетельствовал о принадлежности к высшему Хору. Херувим, как минимум...
Мнимый ангел протянул ему руку с бидоном - у него была на удивление маленькая, узкая ладошка с тонкими пальчиками. Немного странно смотрелись ногти покрыты кроваво-красным лаком. Черти, разумеется, очень любили смелые стилистические эксперименты, но ангелы, несмотря на позицию в небесной иерархии, характеризовались внешней скромностью и сдержанностью.
- Спасибо - взял флягу и жадно глотая воду, окинул взглядом её владельца.
Даже архангельские наряды отличались простотой дизайна и аристократическим чувством меры, но одежду херувимчика вряд ли можно было назвать скромной, несмотря на невинный цвет. Нет, не эти коротенькие трикотажные шортики, обтягивающие попу, не этот топик, который плотно облегал... облегал...
Лязаэль поперхнулся глотком вина и уронил флягу. Что-то странное и страшное происходило с той частью его тела, которой ангелом положено пользоваться лишь в целях и пределах, установленных небесным законодательством...

Давайте опустим завесу стыдливости и милосердного молчания над том, что произошло в течение следующих сорока пяти минут. Достаточно сказать, что оставшись один на тропинке, он долго отряхивал крылья, пытаясь почистить их от пыли и избавиться от щекотящих травинок. Оглянулся через плечо, чтобы проверить, всё ли уже в порядке, и замер от ужаса - перья были совершенно чёрными...
- За что? - зарыдал - Ведь я не хотел! Я сопротивлялся! Немного...
По-детски спрятал лицо в ладонях. Чёрные крылья обозначали, что он впал в немилость и на несколько сотен лет будет сослан в ад в качестве падшего ангела. Обозначали столетия без созерцания облаков, без чудесной музыки золотых арф серафимов, без сладкого пения святыx дев и юношей.
Ангел был готов зарыдать самым жалким образом, но тут же ему вспомнился некий Азазэль. Срок его наказания истёк две тысячи лет назад, а он до сих пор не вернулся наверх, мало того, даже на миллиметр не высовывался за адские ворота, чтобы никто не вытащил его оттуда силой...
На лекциях по чертоведению говорили, что бесы справедливы - вид наказания всегда соответствует характеру преступления... В чём же его обвиняли? Кажется, дело касалось девиц... но далеко не святых...
Лязаэль повеселел, в глазах опять появился блеск, а на щеках - румянец. Ну что ж... Наказание есть наказание - придётся пострадать!

@темы: моё